Обзоры
Статьи
Видео
Фото
Проекты
Опубликовано: 15-08-2017 10:07 / Категория: Статьи / Просмотров: 453

118 лет археологии Аккермана

15 августа археологи отмечают свой профессиональный праздник. К этой дате Akkerman.ua с помощью кандидата исторических наук Андрея Красножона рассказывает о более, чем столетии исследований уникального памятника, седой средневековой твердыни Белого города на Днестре.

Первые археологические раскопки на прилегающих к Аккерманской средневековой крепости территориях и внутри нее были проведены в конце XIX века под руководством действительного члена Императорского Одесского Общества истории и древностей Э.Р. Штерна.

В 1899 г. раскопки были начаты сразу в нескольких местах, в следующем, 1900-м, к востоку от крепости разбили первый археологический раскоп на руинах античной Тиры. Он известен и сегодня под названием Центральный.

Следующий этап разведочных шурфовок на территории средневековой крепости проходил в течение двух дней в середине мая 1904 г. «Четырнадцатого утром небо прояснилось и приступлено было к вырытию траншей в трех местах»: 1) недалеко от минарета; 2) у Водяных ворот; 3) в Военном дворе, к юго-востоку от цитадели.

По собственному признанию Э.Р. Штерна, раскопки новых результатов не дали и лишь подтвердили те выводы, которые «можно было сделать на основании раскопок 1899 г.».

Культурный слой повсеместно отличался большой мощностью, свидетельствующей о веках активной жизни древнего города, и максимальной степенью потревоженности. В шурфе у Водяных ворот обнаружили обломки древнеримской посуды. В шурфе у цитадели на глубине более двух метров нашли остатки античной стены и «тщательно выполненной мостовой из больших плоских плит».

Кроме того, инспектируя состояние памятника, Э.Р. Штерн отмечал, что обрушение гласиса (пологой земляной насыпи перед наружным рвом крепости) в береговой обрыв напротив башни №2 обнажило остатки древних погребений. Это место соотносится с указанием кладбища на планах крепости 1770 г.

Последний этап раскопок Э.Р. Штерна в Аккермане состоялся летом 1912 г. Итог этих работ оказался наиболее значимым за все годы исследований. Ученый заложил раскоп размером 4 на 9 метров в Торговом дворе, в 43 метрах к северу от «большой турецкой печи», как он называл остатки хаммама (восточной бани) у Водяных ворот. При выборе места Э.Р. Штерн руководствовался тем, что «эта местность оставалась не исследованной», и культурные слои здесь должны быть менее мощными, вследствие чего удастся скорее дойти до материка.

Работы в Торговом дворе показали, что он разбит на нижней береговой террасе искусственного происхождения, нивелированной в средние века привозным грунтом с остатками античных материалов. В античное время эта местность не была заселена. Вероятно, до основания крепости на высоком коренном скалистом берегу эта низкая прибрежная территория, расположенная на наносных аллювиальных (нанесенных Днестром-Тирасом) грунтах, представляла собой болотистую, полузатопленную местность.

Работы по ее благоустройству и освоению начались не ранее, чем уже в средние века появился периметр стен Торгового двора. Такое расширение крепостной территории могло произойти при условии заметного увеличения городского населения, сопутствовавшего периоду расцвета Белгорода.

Э.Р. Штерн не ставил перед собой задач по выявлению датировок средневековой крепости. Его целью являлась общая диагностика культурных слоев, построение их колонки.

Новый этап археологических исследований средневековой крепости Белгород начался в 1918 г., после присоединения Бессарабии к Румынии. Он продолжался 13 лет, до 1931 г., будучи связанным с именами таких известных румынских исследователей, как П. Никореску (ученый и градоначальник Четатя-Албэ) и Гр. Авакян. В течение этого времени был выполнен небывалый объем не только археологических, но и ремонтно-реставрационных работ.

Наиболее масштабные работы румынских исследователей приходятся на 1929 г., когда Гр. Авакян сосредоточил свои усилия на изучении цитадели. Он обкопал сооружение почти по всему периметру. Всего Гр. Авакян выделил 16 горизонтов культурных напластований, общей мощностью 7 м 81 см от уровня дневной поверхности.

Но ни в одной из башен не были обнаружены датирующие материалы, которые могли бы пролить свет на происхождение цитадели. Зато выявили множественные следы ее эксплуатации в позднее турецкое время; проследили структуру фундаментов. Доказали, что сооружения возведены не на основе плана сохранившихся предшествующих средневековых или античных конструкций, а единовременно, согласно индивидуальному плану.

Траншея, заложенная вдоль южного сектора восточной куртины цитадели, под окном апсиды христианского храма, дала находки двух молдавских монет господаря Александра Доброго в нижней части слоя. На этом же уровне обнаружили два погребения на расстоянии 1 м 75 см одно от другого, с перегнившими остатками деревянных плах.

Скорее всего, траншея Гр. Авакяна зацепила христианский могильник первой трети XV в., бόльшая часть которого должна занимать пространство к востоку от апсиды храма, между цитаделью и башней №1.

Очередная смена принадлежности Бессарабии, приход в 1940 г. советской власти в край ознаменовал начало нового этапа археологических исследований средневекового Белгорода. В том же году на прилегающей к крепости территории, северо-восточнее главных, Килийских ворот директор Аккерманского музея В.А. Шахназаров заложил у края берегового плато над Днестровским лиманом раскоп общей площадью 300 кв. метров. Впервые за время исследований крепости им было заявлено об обнаружении слоев X-XI вв., что подверглось справедливой критике.

Другой крайностью в выводах В. А. Шахназарова стало датирование крепости турецким периодом, без учета серии известных на тот момент строительных надписей молдавского времени.

К несомненным открытиям В. А. Шахназарова можно причислить раскопки могильника на гласисе, который в обрыве был за фиксирован еще Э.Р. Штерном в 1904 г. и отмечен на планах 1770 г.

После очередного, но короткого пребывания Бессарабии в составе Румынии (1941-1944 гг.) Аккерман снова возвращается в состав СССР, и археологические исследования здесь разворачиваются с новой силой. Почти все последующие экспедиции сосредотачивали свое основное внимание на прилегающих к крепости территориях, ставя задачу исследовать остатки средневековых городских кварталов. О решении проблемы датирования и создания строительной периодизации крепостного ансамбля на данном этапе говорить не приходилось.

Одним из первых в послевоенный период начал вести раскопки средневекового города Л.Д. Дмитров (с 1945 по 1963 гг.) в рамках специально созданной Белгород-Днестровской экспедиции Института археологии АН УССР. Исследователь открыл «в пределах античных развалин» Тиры к востоку от крепости большой квартал «восточного вида». Были обнаружены жилые каменные дома с суфами и тандырами. В районе северной устья крепостного рва, на гласисе, продолжились раскопки турецкого могильника XVI-XVII вв. Л.Д. Дмитров сделал первую попытку проследить историческую топографию средневекового города.

Исследования Л.Д. Дмитрова продолжила А. Фурманская, которая проследила в слое XIII-XIV вв. три строительных горизонта, перекрывающих друг друга, впервые обозначив этот период как золотоордынский.

В 1954-1958 гг. под руководством М. Г. Рабиновича проводились раскопки в Гражданском дворе крепости. Археолог снова высказал мнение в пользу существования раннего славянского слоя, который он не обнаружил, но зафиксировал лишь единичные фрагменты керамики.

В период с 1963 по 1985 г. с перерывами на памятнике работала экспедиция Одесского археологического музея. Один из ее руководителей А.А. Кравченко не поддержала мнения предшественников о наличии ранних славянских или византийских слоев. Материалы многолетних раскопок позволили подтвердить сведения письменных источников об эпизодическом пребывании генуэзцев в средневековом Белгороде.

Исследовательница получила косвенное археологическое подтверждение датировки крепостного рва временем, предшествующим правлению молдавского господаря Стефана Великого (1457 - 1504 гг.). Это была одна из первых попыток датировать оборонный ров - главный и наиболее важный элемент крепости Белгорода.

Ровно 40 лет назад, в 1977 г. в крепости начала работу экспедиция под руководством Г.Г. Мезенцевой. Это вторая, после работ Гр. Авакяна, экспедиция, которая приступила к исследованию непосредственно архитектурных элементов крепостного ансамбля. Работы продолжались ежесезонно на протяжении 6 лет - до 1982 г. Они развернулись на двух участках: внутри цитадели и в районе минарета, что в северной части Гражданского двора.

Если Гр. Авакян при раскопках цитадели в 1929 г. ставил задачей исследовать фундаменты всех ее трех башен и куртины, построить стратиграфическую колонку культурных напластований, то Г.Г. Мезенцева задалась целью изучить планировку двора. Она разбила раскопы в центральном, восточном и южном секторах, охватив таким образом почти всю свободную к тому времени от застроек территорию двора цитадели.

В итоге, по массовым находкам археолог выделила в ней три хронологических периода: 1) VIII-X вв.; 2) XI-XIII вв.; 3) XIV-XVIII вв. При этом в последний период укладывается как молдавский, так и турецкий этапы существования крепости, а это без малого 400 лет. Без ответа остался вопрос, к какому именно периоду относятся расчищенные строительные остатки помещений и сама цитадель.

Одновременно с раскопками во внутреннем дворе цитадели в 1977 г. развернулись археологические исследования в районе минарета турецкой мечети - в северном секторе Гражданского двора, в двух десятках метров от разделительной стены. Результаты этих работ, на мой взгляд, составляют один из наиболее важных этапов в истории археологических исследований средневекового Белгорода.

Направление работ экспедиции Г.Г. Мезенцевой несколько изменилось после обнаружения христианского храма позднее перестроенного в мечеть: теперь все усилия сосредоточились на этом объекте. Фундаменты мечети так и остались исследованными лишь частично - южная стена практически полностью, восточная и западная - местами.

При расчистке фундаментов христианского храма было найдено много фрагментов фресок. На южной стене сохранился обломок фрески, где на желтом фоне видно изображение нимба святого. Средневековый могильный комплекс был выявлен как под западной частью фундаментов храма, так и на территориях, прилегающих к нему с севера и запада

Итог более чем полувековых исследований античных напластований Тиры и средневекового Белгорода попытался подвести И.Б. Клейман, построив стратиграфическую схему памятника. Исследователь выделяет 8 культурных наслоений в стратиграфии памятника Тира-Белгород, из них три - средневековые.

Но и эта классификация не считается окончательной. В настоящее время исследователи памятника выделяют уже 9 основных стратиграфических слоев, среди которых 4 относятся к средневековому периоду.

Белгород-Тирская экспедиция (БТЭ) Института археологии НАНУ под руководством Т.Л. Самойловой возобновила свою работу на памятнике в 1996 г., открыв новый этап в истории археологического изучения Белгорода.

В 1997 г. румынский исследователь И. Кындя заложил два небольших раскопа во внутреннем дворе цитадели. Общей задачей раскопок являлся поиск ответа на вопрос: когда была построена цитадель?

По справедливому мнению И. Кындя, предшествующие археологические экспедиции не дали на него убедительного ответа. Это была уже третья по счету экспедиция, проведенная в цитадели, после работ Гр. Авакяна и Г.Г. Мезенцевой. В итоге точный ответ на вопрос, когда была построена цитадель, пока так и не найден.

В 1999 г. в Аккерманской крепости начала свою работу совместная украинско-турецкая археологическая экспедиция под руководством сотрудника ИА НАН Украины С.А. Беляевой и при участии профессора Б. Эрсоя. В 2006 г. эта экспедиция получила поддержку со стороны Британского института в Анкаре.

Ее основной задачей являлось изучение культурных напластований на территории Торгового двора крепости, а также исследование строительных остатков двух сооружений: водного барбакана и турецкого хаммама. Помимо этого, проводились георадарные исследования некоторых участков крепости и прилегающих территорий с использованием возможностей специальных орбитальных спутников; дендрохронологические исследования, велась источниковедческая работа в оттоманских архивах Стамбула, осуществлялись геодезические обмерные работы, а также проводился архитектурный анализ сохранившихся укреплений.

В мае 2017 г. в истории археологических исследований средневекового Белгорода начался очередной важный этап. На памятнике начала работу только созданная Белгород-Днестровская археологическая экспедиция Института археологии НАНУ во главе с известным специалистом по средневековью И.Б. Тесленко. В этом году раскопками была открыта вторая половина мечети в Гражданском дворе. Определена планировка этого здания, выявлены его размеры - 400 кв. метров. Это одна из крупнейших исторических мечетей на территории нынешней Украины. Крупнее, пожалуй, лишь Ханская мечеть в Бахчисарае. Но она и выстроена позже, да и в главном городе ханства. Мечеть в крепости Аккермана называлась Султанской, поскольку была заложена по инициативе султана Баязида II вскоре после захвата города турками в августе 1484 г. Исследования продолжаются.

Андрей Красножон

21-09-2017 11:30
Просмотров: 1740
16-07-2017 17:22
Просмотров: 2014
29-06-2017 15:47
Просмотров: 2469